Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. «Хотят закрыть дыру, удержать людей в здравоохранении». Медик о том, почему в медвузы страны больше не будут набирать платников
  2. «Совет мира» вместо Белого дома. Почему Трамп понизил формат встречи с Лукашенко?
  3. Не любил Париж, описал беларусскую мечту, спасал людей от НКВД. Объясняем в 5 пунктах, каким был этот классик на самом деле
  4. В Польше проверяют беларусского оппозиционера, который оказался в центре крупного скандала. Его биография не сходится с документами
  5. Мобильные операторы вводят изменения для клиентов
  6. «Он не разбился». Чемпион Беларуси по мотокроссу умер в 17 лет
  7. Лукашенко до сих пор не может забыть и простить американского миллиардера, которого видел 30 лет назад. Вот что между ними произошло
  8. В обращении появятся 50 рублей весьма необычной формы — если вам выдадут сдачу ими, то не удивляйтесь
  9. Могут ли власти аннулировать паспорта уехавших, как сейчас делают это с экс-политзаключенными? Позвонили в МВД
  10. «Путин говорит: „Надо туда махнуть!“» Лукашенко послал министра в «странный край», где неясно, «что нам делать там, чем заниматься»
  11. «Уже зае**ло одно и то же». Масштабная проверка боеготовности по заказу Лукашенко закончилась, но людей до сих пор держат на полигонах
  12. Литовец приехал в Беларусь навестить родственников и получил 15 лет лишения свободы — Dissidentby
  13. Стоимость топлива резко повышают. Что говорят о ценах на него в «Белоруснефти»


Светлана Тихановская обратилась к белорусским силовикам. В видеообращении она призвала их сообщить о состоянии Виктора Бабарико — и не только ради своего будущего, но и ради того, чтобы оставаться людьми.

Светлана Тихановская. Фото: Flickr / Office of Sviatlana Tsikhanouskaya
Светлана Тихановская. Фото: Flickr / Office of Sviatlana Tsikhanouskaya

Светлана Тихановская отметила, что до сих пор ни адвокаты, ни родственники Виктора Бабарико не могут увидеть, в каком он сейчас состоянии. Она уверена, что окружение Лукашенко не осознает последствий этого давления на политзаключенных, — ведь при любом изменении ситуации он «будет спасать только себя».

«Сам по себе будет Олег Маткин, на которого Лукашенко свалит всю полноту ответственности за нечеловеческие условия, в которых содержались политзаключенные.
Сам по себе будет Андрей Швед, который будет расплачиваться за все обвинения и запрошенные сроки. Сам по себе будет Дмитрий Гора, когда все эти расследования справедливо назовут сфабрикованными. Сам по себе будет Иван Кубраков, ведь за многократное превышение полномочий, пытки и последовавшие в их результате смерти обычных граждан кто-то должен будет ответить», — считает Тихановская.

В своем обращении к силовикам Тихановская заявила, что перемены все равно произойдут, «но мест в самолете не хватит на всех».

«Только вы сами можете себе помочь. Начинайте делать это сейчас. Выходите с нами на связь. Делитесь информацией. Сделайте это не только ради своего будущего, но и ради того, чтобы оставаться человеком», — добавила она.

Напомним, вечером 26 апреля появилась информация о том, что Виктор Бабарико, заключенный ИК-1 Новополоцка, в ночь на 25 апреля был госпитализирован в городскую больницу — якобы со следами избиений и пневмотораксом. Утром 27 апреля близким политика удалось подтвердить факт его госпитализации в хирургическое отделение.

Госорганы комментировать ситуацию отказались.

28 апреля в штабе Бабарико сообщили, что не могут найти его в больнице и колонии. Местонахождение политика неизвестно.

Виктор Бабарико, бывший глава «Белгазпромбанка» и известный меценат, в 2020 году решил побороться за пост президента Беларуси. Спустя месяц предвыборной кампании Виктор и его сын Эдуард, возглавлявший штаб отца, были арестованы и водворены в СИЗО. Против них озвучивались различные обвинения, в том числе в налоговых махинациях, отмывании средств. К выборам Бабарико не допустили.

6 июля 2021 года суд назвал его виновным в получении взятки и финансовых махинациях со средствами, полученными преступным путем. Виктора Бабарико приговорили к 14 годам колонии усиленного режима. Его сын Эдуард до сих пор — уже почти три года — находится в СИЗО без суда.